В 2022-м году Православная Церковь празднует значимую юбилейную дату – 6 веков назад были обретены мощи Преподобного и Богоносного отца нашего Сергия, игумена Радонежского. За 6 столетий у честных мощей сложилась своя история. И как жизнь самого преподобного Сергия была наполнена скорбями, трудностями и испытаниями, так и история его мощей имеет свои трагические страницы, которые тем не менее только подтверждают святость подвижника и данную им Богом свыше особую благодатную силу укреплять, просвещать и врачевать душевные и телесные недуги. В святые дни юбилейных торжеств хотелось бы вспомнить наиболее яркие страницы этой истории.
Обретение честных мощей
Преподобный Сергий Радонежский преставился 25 сентября 1392 года. В это время заложенный им в 1337-м году на горе Маковец Троицкий монастырь уже был духовным центром русских земель. Он жил по общежительному уставу, имел множество деревянных строений и два храма. Перед своей кончиной игумен просил братию похоронить себя на общем братском кладбище. Однако Митрополит Киевский Киприан благословил иначе, и честные останки подвижника упокоились в созданной им обители, в деревянной Троицкой церкви. В 1408-м году, при нашествии темника Золотой Орды Едигея, этот храм был сожжен. В 1412-м году построили новый Троицкий храм — на том месте, где сейчас располагается Духовская церковь. Он также был деревянным.
В 1422-м году, через 30 лет после блаженной кончины преподобного Сергия, началось строительство нового каменного Троицкого собора. Перед началом строительства Преподобный явился в видении одному благочестивому христианину и повелел передать игумену Никону Радонежскому и братии следующие слова:
«Зачем оставляете меня столько времени во гробе, землей покровенного, в воде, утесняющей тело мое?»
И вот, на том месте, где ныне располагается Троицкий собор, были обретены святые мощи. Не только тело, но и одежда не предались никакому тлению, хотя кругом стояла вода. При большом стечении богомольцев и духовенства, в присутствии Звенигородского князя Юрия Димитриевича, 5 июля 1422 года честные останки были изнесены из земли и временно поставлены в Троицкой деревянной церкви. По окончании строительства нового каменного Троицкого собора их перенесли туда.
Забытый праздник – переложение мощей Преподобного в новую раку
В XVI веке произошло возвышение Троицкого монастыря. Троицкий келарь старец Адриан (Ангелов) написал челобитную царю Иоанну Грозному, в которой просил порадеть об обители и проявить усердие о монастыре, который посетила Сама Пречистая Дева[1]. Царь Иоанн Васильевич не оставил прошение без внимания, и в 1559-м году им был заложен Успенский собор. В 1561-м году в монастыре учредили архимандрию, первым архимандритом стал старец Елевферий[2]. Обитель получила статус первого монастыря Русской Церкви.
Сын Царя Иоанна Грозного, Царь Феодор Иоаннович, продолжил благое начинание отца. В годы его правления были изготовлены раки для многих почитаемых русских святых.
«Повелением благочестиваго Царя… Феодора Ивановича… и верою его несумненною, и слезами теплыми зачали делати раки серебряные кованыя, многоценныя великим светильникам, столпом Руския земля Петру и Алексею, Ионе и Пафнотию, и Сергию, и Кирилу Белозерскому, и Макарию Колязинскому, и Василию Блаженному. И преложиша мощи их с великим страхом и трепетом»[3].
Таким образом, для мощей преподобного Сергия была изготовлена новая серебряная рака[4]. В 1585-м году Митрополит Дионисий освятил Успенский собор и совершил переложение святых мощей Преподобного в Троицком соборе. В надписи на раке говорится о ее создании по повелению Царя Иоанна Васильевича
«и сделана рака сия в лето 7093 (1585) июля в 25 день после государства его повелением сына его Царя и Великаго князя Феодора Ивановича, всея Росии самодержца, и его Царицы Великия княгини Ирины, во второе лето царства его»[5].
В связи с переложением святых мощей основателя обители была составлена особая служба, приуроченная к этому торжественному событию, которая в XVII веке совершалась в Троицком соборе в этот день[6].
Пожар и ремонт: как мощи преподобного Сергия покидали Троицкий собор
Святые мощи преподобного Сергия крайне редко покидали стены Троицкого собора. Известно, что их выносили на Красногорскую площадь во время пожара 1709 года. На этом месте, напротив Святых врат, позднее построили часовню. Об этой часовне писал
Е. Е. Голубинский:
«Часовня, находящаяся на площади у Московско-Ярославского шоссе, поставлена по тому поводу, что в 1709-м году во время случившегося в лавре пожара были выносимы на занимаемое ею место мощи преподобного Сергия. До 1770 года она была деревянная, а в сем последнем году складена каменная. В 1781-м году был устроен в ней иконостас, который в недавнее время заменен новым»[7].
Сейчас эту часовню называют Красногорской, по названию площади.
В дневниках профессора МДА Александра Дмитриевича Беляева говорится о том, что честные мощи Преподобного в 1905-м году переносили из Троицкого собора в Успенский:
«…Ныне пред обедней вынесли мощи преп. Сергия из Троицкого собора, обошли вокруг Успенского с хоругвями и иконами. Евдоким и лаврское духовенство поставили их на приготовленном месте под сенью, между двумя правыми колоннами. Во время перенесения все лавки были заперты. И прежде митр. Иоанникий и Леонтий желали на лето переносить их в Успенский собор, но Победоносцев почему-то противился. Теперь согласился, потому что в Троицком соборе ремонт еще продолжается…»[8].
Многострадальный ХХ век
ХХ век, как известно, ознаменовался жестокими гонениями на Русскую Православную Церковь, и Троице-Сергиева лавра не избежала печальной участи, постигшей многие монастыри и храмы в годы лихолетья.
Гонения на Церковь в различных формах начали проявляться с первых дней Советской власти. Осенью 1918 года началась конфискация имущества, принадлежавшего лавре. В местной газете «Трудовая неделя» стали появляться клеветнические и хулительные статьи об обители, о мощах преподобного Сергия Радонежского и возможности их вскрытия. В дни Великого поста 1919 года в Трапезном храме лавры по этому поводу состоялось большое собрание верующих. Архимандрит Кронид (Любимов), последний наместник лавры перед ее закрытием в 1920-м году, произнес речь, в которой призвал верующих защитить от поругания священное место. Вскоре после этого в храмах лавры, в академическом храме и посадских приходских церквях стали собирать подписи под прошением в Совнарком не вскрывать мощи преподобного Сергия. 4 марта 1919 года братия обители во главе с отцом Кронидом обратилась к председателю Совнаркома Ленину с просьбой запретить вскрытие раки с мощами Преподобного. 20 марта Святейший ПатриархТихон также обратился к председателю Совнаркома по поводу кампании по вскрытию мощей. Но, несмотря на ходатайства верующих, решение о вскрытии мощей преподобного Сергия было принято на пленуме местного городского Совета 1 апреля 1919 года и 4 апреля подтверждено Московским губисполкомом.
Вскрытие мощей Преподобного
Вскрытие мощей Преподобного было произведено 11 апреля. Архимандрит Кронид отказался собственноручно вскрывать гробницу, поручив это благочинному лавры иеромонаху Ионе. Отец Кронид тогда сказал, что по нравственному чувству он не может это сделать, а отец Иона исполнит приказ за послушание. Вскрытие мощей продолжалось в течение двух часов и снималось на кинопленку (впоследствии был выпущен пропагандистский антирелигиозный фильм). По окончании вскрытия был составлен протокол, мощи преподобного Сергия обнажили от покровов и прикрыли стеклом. Замысел власти сводился к тому, чтобы убедить верующих не поклоняться мощам. Однако число богомольцев, шедших на поклонение Преподобному, против ожидания властей, лишь увеличилось.
Свидетель событий С. А. Волков вспоминал:
«От небольшой часовни, стоявшей на площади возле Красных торговых рядов (теперь в ней охотничий магазин), до самого Троицкого собора в 4 человека тянулась очередь желающих приложиться к мощам и впервые в жизни взглянуть на них… Множество свечей заливали раку ослепительным светом. Среди ветхих обрывков последнего одеяния Сергия лежали серовато-коричневые кости и отчетливо выделялся прекрасно сохранившийся череп почти шоколадного цвета, окруженный пучками рыжеватых, уже тронутых сединой волос. Испытывая невыразимое волнение, я приложился к черепу Преподобного и ощутил слабое, но отчетливо проступавшее благоухание розового масла, которое, по-видимому, перешло на кости с обвивавших их покровов»[9].
Священник Павел Флоренский, описывая трагические события, свидетельствовал:
«В соборе стоял едкий дым от магниевых вспышек, при которых производилась фотографическая съемка. Но, несмотря на этот сильно пахнущий воздух, порою какими-то дуновениями приносило от раки на несколько саженей расстояния волны неизъяснимо приятного благоухания, которое перебивало все прочие запахи. Это благоухание охватывало величественной радостью, в которой невозможно было провести границу между собственно духовным удовлетворением и чувством приятного. Прикладываясь к мощам, я убедился, что благоухание исходило именно из раки и было тут несравненно сильнее, чем в стороне. С чем сравнить его — затрудняюсь, так оно тонко и своеобразно»[10].
Закрытие лавры
10 ноября 1919 года Сергиевский исполком принял постановление о ликвидации Троице-Сергиевой лавры как монастыря. Ночью 3 ноября 1919 года в лавре неожиданно был произведен обыск, братия была изгнана из стен обители. Беспокоясь о судьбе мощей Преподобного, священник Павел Флоренский и граф Юрий Александрович Олсуфьев, будучи членами Комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой лавры, с благословения отца Кронида изъяли честную главу преподобного Сергия, заменив ее на главу одного из князей Трубецких, захороненного в XVII веке в крипте Троицкого собора. Честная глава Преподобного была перенесена в дом графа Олсуфьева. Через какое-то время граф Юрий Александрович, опасаясь ареста, сокрыл ее у себя в саду.
26 марта 1920 года вышло постановление Президиума Мосгубисполкома «О закрытии Троице-Сергиевой лавры и передаче мощей лавры в московский музей». Согласно декрету Совета народных комиссаров от 20 апреля 1920 года, в лавре был открыт историко-художественный музей. По решению Сергиевского исполкома 7 мая 1920 года Троицкий собор был заперт и опечатан, несмотря на то что ранее он уже был передан Наркомату просвещения для музейных целей. 10 мая 1920 года Святейший Патриарх Тихон осудил закрытие лаврских храмов и намерение вывезти оттуда мощи, как нарушение декрета «Об отделении Церкви от государства». В результате ходатайств Святейшего было разрешено открыть Троицкий собор только на праздник Святой Троицы. 30 мая 1920 года в лавре было совершено последнее богослужение и в последний раз отзвонили колокола. Монастырь был окончательно закрыт для богомольцев. Но мощи преподобного Сергия все же остались в лавре.
По воспоминаниям лаврского насельника схиархимандрита Михаила (Балаева; 1924–2009), в 1933–1934 годах мощи преподобного Сергия как экспонат музея находились в притворе Трапезного храма в раке со стеклянной крышкой. Тогда их, школьников, привозили из Богородска в лавру на экскурсию. Отец Михаил вспоминал, как экскурсовод бесцеремонно стучала указкой по стеклу. Потом экскурсионная группа прошла дальше, в Трапезный храм, а он, оставшись один, перекрестился и приложился к честным мощам Преподобного.
Война и Соликамск
После тяжелых испытаний первой половины ХХ века последовала новая беда – Великая Отечественная война. Мощи преподобного Сергия вместе с частью особо ценных музейных экспонатов были направлены в эвакуацию в Соликамск и пребывали там с 25 июля 1941 года по 19 ноября 1944 года. К отправке их подготовили 19 июля 1941 года, упаковав и поместив в серебряную раку, внутри которой они находились под тремя печатями Загорского райотдела НКВД. Вместе с другими экспонатам Загорского музея-заповедника их везли до Соликамска по железной дороге, затем баржами по реке Каме. 22 октября груз был сдан сопровождавшим его директором Загорского музея Иваном Захаровичем Птицыным под ответственное хранение представителю Русского музея Соликамска. Примечательно, что под хранилище был выбран Троицкий собор — известный архитектурный памятник XVII века. Это обширное каменное, но не отапливаемое здание находилось в ведении музея. Летом в соборе было вполне терпимо, но зимой, когда морозы доходили до 45 градусов, больше 40 минут в нем находиться было нельзя даже в валенках. Научные сотрудники музея, несмотря на трудности военного времени, организовали в хранилище строгий порядок, дежурства и обходы. В ноябре 1942 года в Соликамск были командированы сотрудники Загорского музея А. М. Курбатова и Н. М. Прасолова. Здесь они периодически проверяли содержимое ящиков, производя по мере необходимости профилактические мероприятия – проветривание, просушку, обеспыливание и прочее. Благодаря этому в ноябре 1944 года ценности музея, включая честные мощи Преподобного, были возвращены железнодорожным путем обратно лишь с небольшими повреждениями тканей, обусловленными спецификой произведенной эвакуации[11].
Тайна главы преподобного Сергия
В начале войны тайным хранителем главы преподобного Сергия, изъятой ранее священником Павлом Флоренским и графом Олсуфьевым, стал схиархимандрит Иларион (Удодов), настоятель храма Владимирской иконы Божией Матери села Виноградово «на Долгом пруде» (близ станции Долгопрудная). Святыню ему передал Павел Голубцов (будущий архиепископ Сергий).
В 1933-м году, когда арестовали отца Павла Флоренского, Юрий Александрович Олсуфьев с супругой Софьей Владимировной уехали в Новгород. Через какое-то время они вернулись, но не в Сергиев Посад, где им уже было запрещено жить, а в село Мешаловка возле Люберец. Когда представилась подходящая возможность, Софья Владимировна вместе с Павлом Голубцовым пробрались в сад, где была закопана честная глава, и выкопали ее.
«Когда выкапывали, было очень жутко, – вспоминал впоследствии владыка Сергий. – Это было ночью. Где-то выла собака, и мы боялись, что она может разбудить соседей. Надо было до рассвета успеть. Главу я переносил в хозяйственной закрытой сумке, чтобы не было подозрений, а сверху прикрыл газетой, как будто в сумке кочан капусты. Когда пришел на станцию, рассветало, и поезда на Москву еще не ходили. Я шел пешком до Абрамцево или Хотьково и там уже сел на поезд. И в поезде шел по вагонам или стоял, чтобы не садиться.»[12].
Какое-то время глава преподобного Сергия хранилась в Мешаловке, а в 1938-м году, после ареста Юрия Александровича, Павел Голубцов перевез ее к отцу Илариону. В самые трудные дни битвы за Москву эта святыня пребывала в алтаре храма, в 8 километрах от линии фронта.
Возвращение в обитель
Ко времени открытия лавры в 1946-м году святые мощи преподобного Сергия уже были в Троицком соборе. На свое историческое место их возвратили за год до открытия, в январе 1945 года. Это произошло накануне Поместного Собора, проходившего в Москве с 31 января по 4 февраля. Санкция властей была дана ввиду ожидавшегося прибытия на Собор иностранных делегаций, которые могли посетить и закрытую лавру. К этому времени из армии вернулся Павел Голубцов. После демобилизации он забрал честную главу Преподобного из храма в Виноградово и передал ее наследнице Олсуфьева, его приемной дочери Екатерине Павловне Васильчиковой[13]. Это было сделано по ее просьбе — когда стало известно, что лавра открывается, Васильчикова решила передать святыню Патриарху Алексию I (Симанскому), что и было сделано. Святейший, узнав тайну сокрытия честной главы в Виноградово, поручил схиархимандриту Илариону (Удодову) облачить в схимническое одеяние мощи преподобного Сергия, которые поставили на свое место в Троицком соборе. Таким образом, обратная замена главы князя Трубецкого на главу преподобного Сергия также прошла в строжайшей тайне, во время переоблачения мощей в новую схиму.
О подлинности главы свидетельствовал тот факт, что на ней сохранился след от копия, которым отец Павел Флоренский отделял ее от верхнего позвонка. При возвращении главы Преподобного этот след совпал со следом на позвонке в раке[14].
Официальная передача мощей преподобного Сергия лавре состоялась накануне Пасхи 1946 года. 20 апреля первый наместник возрождаемой обители архимандрит Гурий (Егоров) принял от директора Загорского музея-заповедника В. К. Ряховского святые мощи в серебряной раке XVI века — той самой, в которую их переложили при Царе Феодоре Иоанновиче[15].
Открытие лавры в 1946-м году описано непосредственным участником этого события протодиаконом Сергием Боскиным[16]:
«Светлое Христово Воскресение 21 апреля. После 26-летнего онемения в обители преподобного Сергия в Пасхальную ночь зазвонили колокола, сразу, неожиданно. Народ, заполнивший площадь, стоял с зажженными свечами. Крестный ход свободно обошел собор и вышел на паперть. Началась утреня и первое ‟Христос Воскресе”»[17].
«Да будет сия Пасха поистине Пасхой избавления от скорби и непрестающей радостью для всех притекающих к рацее многоцелебных мощей преподобного Сергия», — писал в своем письме наместнику лавры Патриарх Алексий I.
Первое патриаршее богослужение в Троице-Сергиевой лавре состоялось на праздник Святой Троицы. В Успенском соборе возле правого клироса была устроена временная сень для раки со святыми мощами преподобного Сергия. Сами же честные мощи в 1948-м году переместили в Троицкий собор — после передачи его лавре. Здесь они пребывают и поныне.
руководитель епархиального отдела по работе с молодежью. С подрастающим поколением работает профессиональная команда педагогов, так что ребята всегда под присмотром и заняты полезным делом. Традиционно, по случаю открытия смены, состоялась торжественная линейка. Приезжих поздравил начальник «Колоса» Евгений Турухин.
протоиерей Анатолий Шаповалов. Среди лучших семей, которые чествовали в этот день, была семья иерея Богдана Ганцелевича и матушки Ольги из села Бобылевка Романовского района.
