Русская православная церковь Московский патриархат Саратовская митрополия
Балашовская епархия
По благословению епископа Балашовского и Ртищевского Тарасия
0_76fcf_ca17f726_XL

Untitled document

0_76fcf_ca17f726_XL

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Дорогие братья и сестры, в одном из евангельских повествований нам предлагается отрывок из нагорной проповеди  Иисуса  Христа, в котором излагается важная часть евангельского учения.  В  этом евангельском повествовании  Господь говорит: «Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете». Почему заповедь о неосуждении  является нам неоднократно в священном писании? Да потому, что на самом деле судить может только Бог.  Господь  один есть Судья, – мы это знаем из Священного Писания, – Судья праведный и Судья милосердный.  Человек всегда хотел в своем греховном самоутверждении взять себе то, что принадлежит Богу.                                                                                                                                            

Осуждение – это один из таких грехов, который как раз уподобляет человека дьяволу, потому что посягает на  то, что принадлежит одному Богу. Дьявол согрешил в чем? – Захотел сам быть богом. Адам и Ева согрешили в том же – захотели быть как боги. Мы когда осуждаем, мы сами того не понимая и не осознавая, ставим себя на место Бога, потому что только Бог есть судья, только Бог может судить праведно и милосердно. Тем более что мы часто судим неправедно и немилосердно, в отличие от Творца.

Осуждение опасно.  Оно опасно тем,  что в человеке возгревает гордыню. Мы так привыкли к осуждению, что даже уже не замечаем его — оно стало как бы нашей второй природой. Не напрасно говорят святые отцы, что любая привычка — и плохая, и хорошая, — укоренившись в человеке через долговременное ей следование, приобретает силу природы, силу естества. То же самое говорит нам и народная мудрость: привычка — вторая натура.

Если человек привык осуждать, то через некоторое время это становится болезнью, так что он уже не может не осуждать. При этом что-то изменяется в самом уме человека, ум становится поврежденным. Отцы называют эту болезнь «испорченный помысел». Человек с испорченным помыслом начинает страдать болезненной слепотой: его ум становится неспособным правильно видеть реальность, но представляет ее в искаженном виде. Он всегда и во всем начинает видеть только плохое, а хорошего не видит. Он видит плохое даже там, где его нет, и не видит хорошего там, где оно явно и очевидно для всех. Старец  Паисий Афонский сравнивает такое состояние со станком, который льет пули. Какой бы материал мы в этот станок ни загрузили, он все равно льет только пули — из золота ли, железа ли, пластмассы, глины или шоколада. Ничего другого производить он не умеет. Так и человек с испорченным помыслом: в любой ситуации, в любом человеке, в любой полученной информации он видит и находит только то, за что можно осудить, за что можно порицать. А  того, за что можно похвалить, одобрить, он не видит. Старец Паисий говорит, что все люди делятся на две категории. Первые подобны пчеле, а вторые подобны мухе. Пчела залетает случайно в какое-нибудь скверное место, где много грязи и нечистоты. Но пчела  не замечает всего этого, она пролетает мимо и находит в дальнем углу кусочек мармелада, забытый ребенком. Муха же ведет себя совершенно по-другому. Когда она прилетает в прекрасный цветущий сад, то не замечает благоухающих цветов, а пролетает мимо них и, найдя в дальнем углу какую-нибудь гадость, садится на неё.                                                                                                                            

Всеми силами, братия и сестры, мы должны стараться избавиться от страсти осуждения. Нужно очень остерегаться кого-либо осуждать, чтобы не испортился наш ум и душа. Случается также, что нам кажется, что другой делает худо, а на самом деле он имеет благое намерение. Притом дверь покаяния всем отверста, и неизвестно, кто прежде войдет в нее, – ты ли, осуждающий брата, или осуждаемый тобой. Если осуждаешь ближнего, то вместе с ним и ты осуждаешься в том же, в чем его осуждаешь. Судить или осуждать не нам принадлежит, но Единому Богу и Великому Судии, ведующему сердца наша и сокровенные страсти естества. Итак братья и сестры, не будем наблюдать за чужими грехами и осуждать других, чтобы не услышать: Сынове человечестии, зубы их оружия и стрелы, и язык их меч остр (Пс. 56,5)».

 Вот и преподобный Серафим Саровский  подтверждает слова наши о причинах, ведущих нас к осуждению. И он говорит, что мы осуждаем братий своих потому, что не стараемся познать самих себя, что часто дело, которое мы осуждаем, на самом деле оказывается делом хорошим, и, наконец, потому, что забываем, что судить или осуждать других не нам принадлежит, а Богу.  Прежде чем осуждать других, вы должны размышлять о своем недостоинстве перед Богом и о своих грехах, о своих порочных наклонностях и страстях, о неизвестности смертного часа и о Суде Божием. Напротив, если мы знаем, что кто-то согрешил по немощи, давайте покроем его немощь, давайте поможем ему исправиться, давайте не будем тыкать в него пальцем, всем рассказывать о том, какой он плохой. И за это Господь наши многие грехи покроет, потому что мы покрыли грехи брата нашего. Если человек согрешил, но покаялся – тем паче, если мы не прощаем его, то уже мы становимся неправы, потому что не прощаем того, кто просит прощения. И вот об этом слова Господа: «Что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или, как можешь сказать брату твоему: брат! дай я выну сучок из глаза твоего, когда сам не видишь бревна в твоем глазе?» Это – о том же. Мы видим недостатки ближних, не замечая свои; прощая себя, не прощаем других.

«Добрый человек из доброго сокровища сердца своего выносит доброе, а злой человек из злого сокровища сердца своего выносит злое, ибо от избытка сердца говорят уста его». На этом заканчивается  евангельское повествование. Действительно, наши слова показывают, что в нашем сердце. Все, что мы говорим, если говорим с любовью и кротостью, являет любовь и кротость нашего сердца. И, напротив, самые правильные слова, сказанные с гневом, с желанием унизить ближнего, пусть даже мы сто раз правы, а он не прав, показывают, что в нас нет самого главного – любви. Мы с вами вступили на поприще Петровского поста. А пост- это время покаяния и воздержания.  Поэтому будет аккуратны в словах наших, будем помнить вот о чем: между нашими поступками и между тем, что в нашем сердце, в нашей душе, есть прямая связь. То, что мы выносим наружу, являет наше внутреннее.  Будем кроткими и не будем осуждать; будем молиться и за тех, кто нам приносит зло. И тогда станем такими, как призывает Господь наш – станем сынами Отца нашего Небесного. Аминь.

                                                                                      Священник Александр Подойко